Малый бизнес заплатил больше — и собрали меньше. Как так вышло?

Цифры, которые неловко публиковать

В конце апреля 2026 года на Васильевских чтениях — это официальный экономический форум с участием ведомств — директор департамента доходов Министерства финансов Елена Лебединская сообщила следующее:

«Совокупные налоговые поступления от бизнеса и граждан на специальных режимах в I квартале 2026 года сократились на 22,2% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года».

22,2% — это не погрешность. Это обвал.

По данным самой статистики ФНС — чуть мягче, но тоже очень неприятно: минус 16%, с 639,9 млрд до 537,2 млрд рублей. То есть бюджет недосчитался больше 100 млрд рублей только за три месяца.

Раскладка по конкретным режимам:

• УСН (основной режим малого бизнеса) — минус 9%, с 175 до 159,3 млрд рублей.
• Патент (ПСН) — поступления ушли в отрицательную зону: минус 1,8 млрд рублей. Это означает, что государство возвращало предпринимателям уже уплаченные деньги.
• Самозанятые (НПД) — единственный плюс: рост на 19,5%, до 36,2 млрд рублей.

Для понимания масштаба: эти деньги идут преимущественно в региональные бюджеты — то есть в дороги, больницы, школы. Не в федеральную кубышку.

Что происходило с самим бизнесом в это время

Число субъектов МСП при этом не упало. Напротив — к 1 мая 2026 года их стало 7 млн, зарегистрировано 1,5 млн новых юрлиц и ИП, на 4,2% больше, чем год назад.

Звучит оптимистично. Но вот деталь: обороты МСП в I квартале 2026 года упали на 9,5%. Особенно жёстко — в рознице и оптовой торговле.

То есть картина такая: бизнесов формально больше, а денег они зарабатывают меньше. И налогов платят меньше.

А в Петербурге — один из крупнейших деловых центров страны — 75% предприятий малого и среднего бизнеса работают без прибыли вообще.

Это не кризис. Это структурная история.

Куда делись деньги — три реальные причины

Причина 1: Патент — технический сбой системы

Минфин сам признаёт: одна из причин отрицательной цифры по патентам — сдвиг сроков оплаты. Часть платежей перенесли на более поздние периоды. Но это не вся история.

Главная причина — предприниматели массово теряли право на патент из-за снижения порогов: с 60 до 20 млн рублей выручки в год. Кто перешагнул новый лимит — лишился патента. Деньги, уже уплаченные за него, нужно было возвращать. Вот откуда минус 1,8 млрд.

Причина 2: Переток на автоУСН

Поступления по автоматизированной УСН выросли почти в 50 раз — до 41,9 млрд рублей. Число пользователей — в 10 раз, до 360 тысяч.

Звучит хорошо. Но проблема в том, что автоУСН — режим без страховых взносов за сотрудников. Государство получает больше по одному налогу, но теряет по другому. Итоговый баланс — не в пользу бюджета.

Председатель союза бухгалтеров и налоговых консультантов Евгения Мемрук комментирует это так:

«Главный фактор падения — массовый переток плательщиков с УСН на автоУСН, а также рост страховых взносов работодателей: с 1 января отменена универсальная льгота для МСП, вернувшихся на общий тариф 30%».

Причина 3: Бизнес тихо перестроился

Эксперты ТПП ещё в 2025 году предупреждали: если порог для уплаты НДС снизят с 60 до 20 млн рублей, бизнес в низкомаржинальных отраслях (розница — рентабельность 6%, образование — 9%) начнёт дробиться, уходить в серые схемы или закрываться.

Исследование центра «Аналитика. Бизнес. Право» и ТПП заранее давало точную оценку: государство может потерять 61,4 млрд рублей из-за ухода бизнеса в тень.

Потеряло больше.

Что не так с логикой «повысим налог — получим больше»

Опрос Союза бухгалтеров и налоговых консультантов — более 4 тысяч респондентов — показал, как предприниматели реально отреагировали на реформу:

• 61% — повысили цены, переложив налог на покупателя
• 44% — сменили или планируют сменить систему налогообложения
• 21% — оптимизируют расходы, закрывают нерентабельные точки
• 12% — рассматривают уход в тень или дробление
• 9% — сокращают штат

И только 7% ждут роста прибыли.

Это не протест. Это рациональная адаптация. Предприниматели не сидят и не злятся — они перестраивают модель так, чтобы выжить при новой налоговой нагрузке. И в процессе этой перестройки бюджет получает меньше, чем планировал.

Младший директор агентства «Эксперт РА» Владислав Бухарский не строит иллюзий:

«Предпосылок для дальнейшего роста поступлений от МСП не так много. По итогам года поступления по четырём спецрежимам, скорее всего, останутся на 8–12% ниже уровня 2025 года».

Кто в итоге заплатил за реформу?

Вопрос, который задаёт себе любой думающий предприниматель: если бюджет собрал меньше — кто тогда больше заплатил?

Ответ несложный.

Покупатели — через рост цен. Инфляция в секторах с высокой долей малого бизнеса (услуги, розница, общепит) ощущается острее официальных 5,6%.

Предприниматели — через рост административной нагрузки, расходы на бухгалтерию, смену режимов, юридическое сопровождение переходного периода.

Регионы — через выпадающие доходы бюджетов, которые и так не жируют.

Вопрос «кто кого перехитрил» — риторический. Реформа, которая задумывалась как способ увеличить фискальные поступления, в краткосрочной перспективе дала обратный эффект. Это не значит, что она провалилась окончательно — адаптация займёт год-два, часть потерь компенсирует автоУСН и страховые взносы. Но первый квартал 2026-го показал: экономика реагирует не так, как написано в бюджетных моделях.

Что это значит для страны — честно

Малый бизнес — это не абстрактная «категория налогоплательщиков». Это 7 миллионов предприятий, около 30 миллионов рабочих мест и примерно 20% ВВП страны.

Когда сборы с малого бизнеса падают на 22% — это не просто строчка в бюджетном отчёте. Это значит:

Регионы недополучают деньги. Налоги с малого бизнеса идут в основном в местные бюджеты. Меньше денег там — меньше денег на дороги, больницы, школы, субсидии ЖКХ. Это чувствуют жители, а не только бухгалтеры.

Занятость становится менее устойчивой. Каждый закрытый малый бизнес — это несколько человек, которым нужно искать новое место. Часть из них уходит в самозанятость (отсюда рост НПД), часть — на крупные предприятия. Но не все находят место быстро.

Цены растут быстрее официальных данных. Когда предприниматель закладывает в цену новые налоги, страховые взносы и административные расходы, итог приходит на кассе. Именно поэтому реальная инфляция в магазине у дома ощущается острее, чем 5,6% по Росстату.

Конкуренция снижается. Дробление и серые схемы — это не рост рынка, это его деградация. Меньше честных игроков → меньше выбора → хуже качество и выше цены для обычного покупателя.

И главное: это не история о злых предпринимателях, которые уходят от налогов. Это история о том, как экономика реагирует на нагрузку, которую она не может переварить. Рынок не обманешь — он просто перестраивается туда, где выживать легче.

Первый квартал 2026 года показал: можно повысить ставки, снизить пороги и ужесточить правила. Но если бизнес не зарабатывает — платить ему нечем. Независимо от того, что написано в законе.